Гастарбайтеров потянут за язык

Законопроект, появившийся в базе Госдумы, не только не сократит, но приведет к росту преступности среди мигрантов

В базе Думы появился законопроект о тестировании на знание русского языка детей мигрантов, что станет условием их приема в общеобразовательные учебные заведения.

Тема живо интересует как противников трудовой иммиграции во главе с председателем Следственного комитета РФ Александром Бастрыкиным, так и экономистов и демографов, которые указывают, что при нехватке рабочих рук экономика без притока гастарбайтеров просто встанет.
Пояснительная записка к проекту утверждает, что дополнительного финансирования он не потребует. Это обычная отговорка, но тут она означает, что никто не собирается создавать для детей мигрантов первичные курсы русского языка, что, наверное, могло бы в основном решить возникающую в школе проблему.

Между тем мало кто заметил, что тест на знание русского языка, которым дети мигрантов, выросшие в России, чаще всего владеют, — далеко не самый угрожающий для них пункт проекта. Татьяна Котляр из Обнинска, о чьем уголовном деле мы подробно писали в мае, обратила наше внимание на другой пункт проекта: кроме знания языка, условием приема в школу с 1 апреля (шутка, что ли? Для сведения: школы начинают работу с 1 сентября), станет «предъявление документа, подтверждающего законность их (детей — Л.Н.) нахождения на территории РФ».

Татьяна Михайловна владеет вопросом как никто другой. По подсчетам следствия в ходе очередного уголовного дела против нее в квартире, доставайся ей в наследство от мамы, она зарегистрировала за 15 лет 10,5 тысяч мигрантов. Котляр продолжает три раза в неделю консультировать их в своей общественной приемной и знает, что как раз у детей, родившихся у мигрантов, в том числе успевших получить российской гражданство, документов, «подтверждающих законность нахождения», часто нет.

Первичным документом, подтверждающим «законность», является свидетельство о рождении, выдаваемое на основании справки из роддома, но в течение 90 дней такого ребенка надо где-то зарегистрировать или, говоря по-старому, «прописать». Но чаще всего у мигрантов нет жилплощади в собственности, а собственники съемных квартир неохотно регистрируют и папу с мамой, а уж ребенка и подавно.
Сейчас таких детей принимают в школы на основании статьи 43 Конституции РФ: «Каждый имеет право на образование» — и более того: «Основное общее образование обязательно». А справка школы задним числом становится основанием для регистрации. Не принятые в школу, как это подразумевает законопроект, внесенный В.В.Володиным, И.А.Яровой, В.А.Васильевым, Г.А.Зюгановым, Л.Э.Слуцким, С.М.Мироновым и другими, эти дети юридически окажутся на территории РФ нелегалами.

Аргумент с отсылкой к Конституции давно уже мало что значит для Думы, но надо предвидеть и фактические последствия: такие вынужденные нелегалы пополнят ряды организованных преступных группировок, которые часто формируются по национальному и языковому признаку.

Что касается Татьяны Котляр, она им теперь помочь не сможет: по решению Обнинского суда, подтвержденному Калужским областным, теперь она имеет право регистрировать в маминой квартире не более 6 человек за раз, а в бывшей маминой — не более 5. Откуда взялись эти цифры? Прокуратура, вероятно, ориентировалась еще на советские «нормы жилплощади», но в судебное решение этот аргумент не вошел: теперь в законе таких норм нет. Как бы то ни было, преодолеть это «вето» настырной Котляр не удастся, так как вступившее в законную силу решение направлено и в МФЦ (Многофункциональные центры предоставления государственных и муниципальных услуг, их в Обнинске два), которые раньше, пусть скрепя сердце, принимали заявления от Котляр просто как данность.
С уголовным делом, хотя прокуратура и настаивала на реальном лишении свободы, на этот раз обошлось: согласно вступившим в силу приговорам (2 штуки) Котляр, не бравшая с мигрантов денег за «прописку», при поддержке других правозащитников и просто симпатизирующих ей граждан смогла собрать и уплатить в казну 680 тыс. рублей.

Подождем, какие поправки будут внесены в антимигрантский законопроект ко второму чтению.

PS

Тестирование на знание русского языка — не самый опасный пункт появившегося в базе Думы антимигрантского законопроекта.